Каневский, Эйфман, Симонова: в «Мастерской Фоменко» встретили еврейский новый год

Праздник начался еще в фойе театра с роскошного стола с традиционными символами нового года — яблоки, которые нужно макать в мед (вкушая их, важно желать всем доброго и сладкого года), круглая хала (хлеб), гранат (его зерна — символ множества добрых дел). В начале торжества Довид Карпов, раввин синагоги в Отрадном, дал сигнал в шофар — духовой инструмент из бараньего рога, его звук — призыв остановиться и задуматься о том, как прошел год, раскаяться искренне во всех грехах и пробудиться духовно. Среди участников торжества — Леонид Каневский, Клара Новикова, Даниил Крамер, Ольга Свиблова, Борис Эйфман, Марина Лошак и многие другие знаковые фигуры российской культуры.

Театр начинается с вешалки, но в данном случае продолжается отнюдь не постановкой, а выставкой, которая расположилась в фойе, и символично, что главный экспонат, огромный купол-парашют, созданный художницей Катериной Ковалевой, располагался наверху, и чтобы увидеть красоту, нужно было взглянуть наверх (как и в жизни, все самое прекрасное и светлое доступно тем, кто смотрит не под ноги и не вокруг себя, а вверх). Парашют-картина вдохновлен произведениями Марка Шагала, чьи работы зачастую напоминали нам о том, что если очень захотеть — можно полететь! Но полет нам предстоял чуть позже, в зрительном зале — полет фантазии. 

Фантасмагория в пяти актах и четырех награждениях под названием «Яша» — режиссерская работа Алексея Аграновича. Фантасмагорические постановки обычно смешивают в себе реальность и вымысел так, что между ними стирается грань. Кто-то может сказать, узнав исторических персонажей и события: «Да глупости, такого быть не может!», но нас ведь предупреждали, что это не документальная постановка.

Фото: пресс-служба Российского еврейского конгресса

Так и здесь. Перед нами — история парня по имени Яша (Семен Штейнберг), он родился, видимо, на рубеже веков, до революции в деревушке в районе Витебска, воспитывала его мама (Евгения Симонова) в одиночестве, а рос он в одном дворе с Марком Шагалом. По глупости Яша еще в юности угодил в тюрьму, где отбывал наказание вместе с Кобой (Сергей Мелконян), в котором мы тут же узнаем будущего Сталина. При этом каким-то чудесным образом Яше удается поддерживать связь с мамой, делают они это с помощью современных технологий, напоминающих программу для видеоконференцсвязи (на сцену в этот момент с потолка опускается большой цифровой экран, где Яша или мама предстают в образе птицы или козы, хрестоматийных персонажей шагаловских картин), но это, конечно, метафора, подразумевающая, возможно, контакт родных душ, который не разорвать ни тюрьмой, ни океанами, ни войной. 

Судьба к Яше благосклонна: благодаря случайной встрече с Сергеем Эйзенштейном, который подсказал ему рискнуть и уехать в киношколу в Голливуд. Яша так и сделал, и тут же преуспел — стал и талантливым деятелем кино, и миллионером, и другом Чарли Чаплина. Но! Война. Уже Вторая мировая. И если раньше образ матери всегда отвечал Яше, здесь последовала тишина — в Витебске были немцы. 

С Яшей все будет хорошо, он вернется на родину, будет среди защитников страны, а затем война закончится. На поле боя он встретил и вскоре потерял свою любовь, но обрел сына, Леву, который проявит талант к литературе и в искусстве подражания, прекрасно изображая Иосифа Бродского, своего кумира. 

Спектакль получился очень добрым и трогательным, с грустно-счастливым концом — Яша символично отправляется на небеса к звездам — естественный конец земного пути, но чувства печали или скорби не возникает: он прожил интересную и насыщенную жизнь, оставив после себя продолжение. Все у него было по справедливости: и взлеты, и падения, и наказания, и радости, и печали. 

К слову о справедливости: президент РЕК Александр Генцис в своем приветственном слове к гостям рассказал о том, что значит одно из ключевых понятий в еврейской традиции «цдака». Многие переводят его как «доброта» или «милостыня», но правильнее всего понимать его значение как «справедливость», и на самом деле смысл помощи в ответственности людей перед другими, а не в совершении добрых дел во время душевных порывов. И в спектакль органично и элегантно вплели вручение наград Global Influence Awards, премию в этом году получили артисты Леонид Каневский, Борис Эйфман, искусствовед Марина Лошак, а также благотворители Фаина Саневич и Борис Сокол. К слову, эта премия была особенной, потому что вручалась не только накануне еврейского нового года, а еще и в день 30-летия РЕК. 

Фото: пресс-служба Российского еврейского конгресса

И кстати, о добрых делах: как было бы здорово, если бы «Яша» был не «разовой акцией», а обрел бы сценическую жизнь! Но, цитируя классиков, «это уже совсем другая история».